Демократическая логика включения/исключения

Действительно, такое истолкование Шмитта с моей стороны кощунствен

но, так как его интересует прежде всего политическое единство, а не демокра

тическое участие. По его мнению, такое единство имеет решающее значе

ние, потому что без него невозможно существование государства. Однако

его размышления также важны и для проблемы демократии, поскольку он

считает, что в демократическом государстве именно благодаря своей причастности к этому единству граждане могут относиться друг другу как к рав

ным и осуществлять свои демократические права. По существу, демократия,

согласно Шмитту, состоит в тождестве правителей и управляемых. Она свя

зана с основополагающим принципом единства народа и суверенности его

воли. Но если народом необходимо править, то следует определить, кто же

принадлежит к Демократическая логика включения/исключения народу. В отсутствии критерия для определения того, кем яв

ляются носители демократических прав, воля народа никогда не сможет

четко оформиться.

Разумеется, можно было бы возразить, что подобное представление о де

мократии противоречит либерально-демократической точке зрения, а не

которые, конечно, сказали бы, что здесь следует говорить не о демократии,

а о популизме. Безусловно, Шмитт никакой не демократ в либеральном по

нимании этого слова, и он всецело презирал ограничения, навязываемые

либеральными институтами демократической воле народа. Но поднятая им

проблема важна даже для тех, кто выступает за либерально-демократические формы правления. Логика демократии неизбежно предполагает момент

замыкания, которого требует сам процесс создания «народа». Этого невоз

можно избежать даже в либерально-демократической Демократическая логика включения/исключения модели; иной может

144 Шанталь Муфф

11 Ibid., p. 12.

быть только форма. Но это, в свою очередь, возможно лишь при условии

признания этого замыкания и того парадокса, который оно предполагает.

Отмечая, что идентичность демократического политического сообщест

ва зависит от возможности проведения границы между «нами» и «ними»,

Шмитт придает особое значение тому обстоятельству, что демократия неиз

менно приводит к отношениям включения/исключения. В этом и состоит

важнейшая мысль, которую демократы неосмотрительно отвергли по при

чине своей нелюбви к ее автору. Одна из главных проблем либерализма — и

она таит в себе угрозу демократии — заключается в его неспособности ос

мыслить такую границу. Как указывает Шмитт, основное понятие либерального дискурса — «человеческая природа», а Демократическая логика включения/исключения она, согласно его справедливому

замечанию, не является политическим понятием и не соотносится ни с одним политическим образованием. Либеральная теория не в состоянии дать

удовлетворительный ответ на основной вопрос политического устройства

«народа», поскольку необходимость проведения такой «границы» противоречит ее универсалистской риторике. Важно подчеркнуть, что ключевыми

понятиями демократии, в отличие от либеральной «человеческой природы», являются «демос» и «народ».

Вопреки тем, кто верит в неизбежную гармонию между либерализмом и

демократией, Шмитт показывает, каким образом они вступают в противоречие и в чем состоит опасность, которую господство либеральной логики мо



жет представлять осуществлению демократии. Несомненно, существует про

тивоположность между либеральной «грамматикой» равенства, которая ут

верждает всеобщность и обращается к «человеческой природе», и Демократическая логика включения/исключения практи

кой демократического равенства, которая требует политического момента

проведения различия между «нами» и «ними». Но, на мой взгляд, Шмитт

ошибочно представляет этот конфликт в виде противоречия, которое долж

но привести либеральную демократию к гибели. Мы вполне можем согла

ситься с его мыслью, отвергнув выводы, которые он из нее делает. Я предла

гаю признать решающее различие между либеральной и демократической

концепциями равенства, рассмотрев их артикуляцию и последствия в ином

ключе. Действительно, такую артикуляцию можно считать локусом противо_

речия, которое вводит очень важную динамику, определяющую своеобразие

либеральной демократии как новой политической формы общества. Демок

ратическая логика образования народа и включения прав и равенства в

практики необходима для того, чтобы преодолеть свойственную либераль

ному Демократическая логика включения/исключения дискурсу тягу к абстрактному универсализму. Но артикуляция с либе

ральной логикой позволяет нам — благодаря обращению к «человеческой

природе» и полемическому использованию «прав человека» — все время ста

вить под вопрос формы исключения, которые неизбежно предполагают по

литическая практика установления этих прав и определения управляемого

«народа».12 Несмотря на крайне противоречивую природу этих двух логик,

их артикуляция все же имеет весьма позитивные последствия, и нет ника

Л О Г О С 64 5 ) 2 0 0 4 145

12 Схожая мысль о существовании противоречия между артикуляцией либеральной логики различия и демократической логики эквивалентности была выдвинута мной при рассмотрении Шмитта в работе: Chantal Mouffe, The Return of the Political, London, 1993, Chapters 7 and 8.

ких оснований соглашаться с пессимистическим суждением Демократическая логика включения/исключения Шмитта отно

сительно либеральной демократии. Но мы не должны быть излишне оптимистичными по поводу ее перспектив. Достижение какого-то окончательно

го решения или равновесия между этими двумя противоречивыми логиками

невозможно, а противоречие между ними может быть предметом временных, прагматических, шатких и неустойчивых переговоров. В сущности,

благодаря различным гегемонистским артикуляциям либерально-демократическая политика и принимает вид непрекращающегося процесса переговоров относительно этого основополагающего парадокса.


documentbanikgn.html
documentbanirqv.html
documentbanizbd.html
documentbanjgll.html
documentbanjnvt.html
Документ Демократическая логика включения/исключения